НЛМК не верит судьям
Компания Лисина рискует проиграть в Екатеринбурге.
Внимание СМИ 18 апреля 2012 года было приковано к Арбитражному суду Уральского округа. Ему предстояло рассмотреть кассационную жалобу Николая Максимова на решение 17-го арбитражного апелляционного суда, который в конце февраля признал уральского промышленника виновным в банкротстве ООО "Уралснабкомплект", оцененном в 6,3 миллиарда рублей. Но продолжения судебных баталий между Максимовым и владельцем ОАО "Новолипецкий металлургический комбинат" Владимиром Лисиным придется подождать. Двое из трех судей взяли самоотвод, и будет сформирована новая судейская тройка.
Как сообщает Максимов в своем недавнем письме к министру МВД РФ Рашиду Нургалиеву, в этом изначально сугубо экономическом споре против него и его бизнеса уже не первый год задействуются представители силовых структур – как это принято в большинстве сценариев рейдерского захвата. Но не только "люди в погонах" охотно поддерживают НЛМК в борьбе против Максимова. Давление оказывается и с помощью судов.
Предприятия, подконтрольные НЛМК, предъявляют многочисленные иски к менеджерам, продолжающим сегодня работать над проектами ЗАО "Макси-Инвест". Бывших директоров обвиняют в выводе активов, банкротстве предприятий. Но не всех. К тем топ-менеджерам, которые сегодня продолжают работать в группе компаний НЛМК, претензий нет. Вместо них юристы НЛМК возбуждают судебные процессы против самого Максимова и тех, кто с ним работает.
27 февраля 2012 года Семнадцатый арбитражный апелляционный суд отменил решение Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-1260/2009 и возложил на Максимова ответственность в размере 6,3 миллиарда рублей за банкротство предприятия ООО "Уралснабкомплект", к органам управления которого Максимов не имел никакого отношения. Суд посчитал, что ООО "Уралснабкомплект" входило в холдинг "Макси-Групп", мажоритарным акционером которого в 2007 году был Максимов, следовательно, он и должен отвечать за хозяйственную деятельность этого предприятия.
Специалисты в юриспруденции уже отметили это решение как "уникальный", "беспрецедентный" пример привлечения к субсидиарной ответственности по долгам предприятия лица из небанковской сферы, которое к тому же не числилось ни владельцем, ни руководителем обанкротившейся компании, в данном случае – ООО "Уралснабкомплект".
Ситуация усугубляется еще и тем, что арбитраж не привлек к ответственности гражданина, который несколько лет, являясь генеральным директором данного предприятия, действуя согласно уставу, без доверенности заключал и подписывал договоры, сдавал отчетности, ежемесячно получал зарплату – словом, делал все, что положено делать директору. Суд даже не привлек его к участию в деле, не опросил его, не выслушал его позицию, как будто и не существовало исполнительного органа в организации. Судя по решению 17-го ААС, кажется, что директор ООО "Уралснабкомплект" практически освобожден от любой ответственности за свою хозяйственную деятельность.
Важно отметить, что в тождественном случае (дело № А60-6476/2010) тот же 17-й ААС признал виновным директора другого предприятия – ЗАО "УЗПС" Гуляева М.П. Проходивший по делу директор обладал теми же полномочиями, что и гендиректор ООО "Уралснабкомплект", да и сама ситуация была аналогичной. Но в этом случае директор был признан виновным. Никакого секрета здесь нет: просто директор Гуляев М.П. не был подконтрольным персонажем ОАО "НЛМК", а как раз наоборот – продолжал работать над проектами ЗАО "Макси-Инвест". Вот и результат в суде получился, как в той поговорке: "Закон что дышло: куда повернешь, туда и вышло".
Однако постановление 17-го ААС от 27.02.2012 не является окончательным: 19 марта УФАС по УрФО приняло кассационную жалобу Николая Максимова и по его ходатайству приостановило исполнение постановления апелляционного суда. Уральскому арбитражному суду в ближайшее время предстоит решить: отменить "уникальный" и "сенсационный", но весьма спорный вердикт 17-го ААС или создать прецедент, при котором для возложения ответственности доказательства противоправных действий лица не нужны, достаточно лишь установить, что оно являлось акционером компании, которая могла контролировать предприятие-банкрот.
Как известно, конфликт между Николаем Максимовым и холдингом Владимира Лисина разгорелся практически сразу после сделки в ноябре 2007 года. Тогда собственник ОАО "Макси-Групп", состоявшего из 76 предприятий, Николай Максимов из 100% принадлежащих ему акций продал 51% акций НЛМК. Целью продажи контрольного пакета был поиск инвестора и партнера по развитию "Макси-Групп". Но партнерство сразу не заладилось.
"В январе 2008 года мне был выплачен аванс в размере 7,3 миллиарда рублей, который я направил в Макси-Групп в качестве займа на развитие инвестиционной программы. В связи с невыполнением Новолипецким комбинатом обязательств по рефинансированию задолженности Макси-Групп, о чем неоднократно писалось комбинату, денежные средства, которые предоставил я на финансирование инвестиционной программы, стали использоваться на погашение текущих задолженностей.
В результате банком были безакцептно списаны 400 миллионов рублей. В тот же период Новолипецкий комбинат, используя статус мажоритарного акционера, поставил под сомнение всю инвестиционную программу по строительству заводов и отказался участвовать на собрании акционеров по одобрению предоставленного мной займа… Мной было принято решение потребовать возврата займа, из 7,3 миллиардов рублей мне вернули 5,9 миллиарда, Макси-Групп осталась должна мне 1,4 миллиарда рублей, что ныне подтверждено решением суда" – так описал развитие событий после сделки Николай Максимов в своем обращении на имя министра МВД РФ Рашида Нургалиева.
После попытки Максимова вернуть оставшуюся часть акций, по его мнению, и начались действия по намеренному лишению его имущества. Максимова отстранили от управления "Макси-Групп". При этом продолжался вывод предприятий из-под акционерного контроля "Макси-Групп". А потом дело дошло и до банкротства. В декабре 2009 года комбинат выиграл иск в арбитраже Липецкой области о взыскании денег с "Макси-Групп", которая тогда уже, по сути, была подконтрольна холдингу Лисина. Используя это решение, в декабре 2010 года НЛМК через московский арбитраж добился введения процедуры банкротства в отношении "Макси-Групп" (введена 18 февраля 2011 года).
"По факту вывода из Макси-Групп имущества и инициировании его банкротства мной 17 марта 2011 года в ГУВД по городу Москве было подано заявление о возбуждении уголовного дела в отношении Лисина В.С., президента НЛМК Лапшина А.А., генерального директора Макси-Групп Шевелева В.В. по статье преднамеренное банкротство", – рассказывает Николай Максимов в письме к министру МВД.
30 сентября 2011 года в возбуждении уголовного дела ему было отказано. И уже через две недели дело о преднамеренном банкротстве "Макси-Групп" возбудили против самого Максимова. При этом, по его словам, следователи сделали акцент на событиях 2007 года и не обратили внимания на факты вывода из "Макси-Групп" имущества в период 2008–2010 годов.
С середины 2009 года в отношении Максимова возбуждено несколько уголовных дел, в которых он обвиняется в растрате, злоупотреблении полномочиями, мошенничестве, преднамеренном банкротстве. В настоящее время все эти дела объединены и расследуются в СУ при УВД по ЦАО Москвы. Как отмечает бизнесмен, возбуждение дел последовало, когда он стал обращаться в суд с исками о взыскании денег с ОАО "НЛМК" и ОАО "Макси-Групп".
Михаил МАЕРСКИЙ ("Вечерние ведомости")