Микрозаймы с макропроблемами
Грабеж в законе.
Вместо киосков с пивом и сигаретами в Екатеринбурге на каждом углу выросли павильоны микрозаймов. Легкие деньги оборачиваются тяжелыми последствиями. На заемщика давят неподъемный долг и коллекторы-выбивалы. Жалобы – все равно что плач Ярославны. Кому поплакаться попавшим в долговую яму, выясняло "Уралинформбюро".
Ростовщикам в России дали волю в 2011 году законом о микрофинансовых организациях. Последние годы ставки по быстрым кредитам вообще никак не ограничивались, проценты в ростовщических конторках зашкаливали за 2000% в год. По сути все это время их обязательства перед клиентами сводились к тому, что они должны предоставлять полную информацию о займе, а при досрочном погашении не взимать процентов. Однако озвучивать и тем паче прописывать в договоре пугающие четырехзначные цифры никто не спешил.
Ростовщики дают деньги каждому встречному без проблем – они возникают после того, как клиента поставили на счетчик. Коллекторы действуют методами 90-х: в лучшем случае - угрозами, в худшем – кулаками. Они названивают и стучатся в двери круглые сутки, исписывают стены в подъездах, а в Перми из-за долга в 5 тысяч мужчину забили до смерти. Только при таком обороте событий с коллекторов можно что-то спросить, в остальных – дело глухо.
Федеральные власти не один год собирались с мыслями, как разобраться с узаконенным беспределом. Наконец в июле 2014 года вступил в силу закон "О потребительском кредитовании". Законодатели решили указать потолок микрофинансовым займам, однако он оказался очень высок. Предельный процент рассчитывается исходя из среднего показателя в конкретном сегменте финансового рынка по итогам квартала – к этой цифре ростовщики вправе накинуть 30%. Так, по последним расчетам, максимальная стоимость микрозайма до 30 тысяч на один месяц - 914,785%. Чем срок больше, тем дешевле: если небольшую сумму берешь на 6-12 месяцев, будь готов заплатить 267,563%.
Как считает директор саморегулируемой организации "МиР" Андрей Паранич, закон "О потребительском кредитовании" серьезно ограничивает кредиторов. Немаловажно, что прописан предельный размер штрафа за просрочку: он не должен превышать 20% годовых (если продолжаются начисляться проценты на сумму займа) и 36% (если "счетчик" приостановлен). Раньше 10 тысяч займа могли легко превратиться в полмиллиона, поясняет А.Паранич. Также прописана обязанность разглашать полную стоимость кредита на первой же странице договора, крупным шрифтом.
Но проблема в том, что закон не исполняют, а чаще всего даже не читают. Причем по обе стороны "баррикад". Как рассказала "Уралинформбюро" начальник отдела защиты прав потребителей управления Роспотребнадзора по Свердловской области Наталья Афанасьева, проблема в том, что те, кто берет такие займы, не знают свои права и куда жаловаться – в основном это безработные либо неблагополучные семьи.
Как только был принят закон о МФО, в ведомстве по защите прав потребителей ожидали всплеска обращений (хотя финансовый рынок – вотчина ЦБ, люди первым делом всегда идут в Роспотребнадзор). Однако жалоб оказалась совсем немного - в прошлом году всего 16. Люди приходят, только когда начинают зверствовать коллекторы. Роспотребнадзор всех просителей принимает, но поскольку это не его сфера ответственности – передает заявления в ЦБ или в полицию (если дошло до уголовщины).
На запрос "Уралинформбюро" по поводу контроля за микрофинансовыми организациями из Уральского управления Центробанка спустя месяц пришла отписка: отчетности по нарушениям-проверкам они не ведут, а все участники рынка значатся в реестре на сайте ЦБ.
Жалобы клиентов обязана рассматривать Служба Банка России по защите прав потребителей финансовых услуг и миноритарных акционеров – в уральском управлении со всеми вопросами послали в Москву. Если с плачущимися заемщиками работа построена таким же образом, то борьба за свои права выматывает не меньше, чем отбивание от коллекторов.
По данным уполномоченной службы, на МФО в среднем приходит около 300 жалоб в месяц – чуть более 10% от их общего числа (на тех же страховщиков – в разы больше). В основном сетуют на высокие проценты и коллекторов.
Помимо официальных структур, заемщики могут попросить помощи у общественников. Как рассказал "Уралинформбюро" председатель правления Финпотребсоюза Виктор Майданюк, доля таких претензий - 7%, больше всего допекают коллекторы. Недовольны клиенты и грабительскими штрафами, однако после принятия закона "О потребительском кредите" таких жалоб стало значительно меньше. Финпотребсоюз решает проблемы тремя путями - прежде всего вразумляет сами МФО, а если не получается - идет в полицию и суды. Чаще всего микрофинансисты сразу становятся сговорчивыми.
По словам В.Майданюка, приструнить "выбивателей" поможет долгожданный закон "О коллекторской деятельности". Также следовало бы более жестко контролировать процент в МФО. Например, наделить ЦБ в особых случаях правом устанавливать максимальную стоимость без привязки к среднерыночной.
Между тем сейчас Банк России действует с точностью до наоборот - в конце прошлого года он временно отменил ограничения под предлогом "спасения" финансистов в кризис. Проценты отпустили в свободное плаванье до июля - кто будет спасать тонущих заемщиков, непонятно.
По словам А.Паранича, в прошлом году в СРО пришло 300 обращений, 70% - по просроченным долгам. "Есть обоснованные – грубость по отношению к клиентам. Мы всегда реагируем и стараемся помочь. В прошлом году практически во всех случаях просрочки нам удалось договориться о списании штрафов: должникам готовы были простить несколько миллионов, но этим воспользовались единицы – большинство надеется, что им просят все", - рассказывает глава НП "МиР".
По словам А.Паранича, создание СРО – это попытка направить бизнес в цивилизованное русло. На сегодня в некоммерческое партнерство входят 90 членов – это крупнейшие участники рынка, на которых приходится почти половина объема кредитования.
При этом в госреестре на сегодня числится около 3,8 тысячи организаций, более 2,5 тысячи исключены из него. В Свердловской области зарегистрировано около 70 МФО, в черном списке - 44. По приблизительным оценкам, "в тени" работают порядка 30% МФО, эта доля сильно колеблется в зависимости от региона.
Как подчеркивает директор СРО, выловить нарушителей очень проблематично. Тем более что клиенты редко жалуются по делу – на нелегальных кредиторов. Большая часть обращений напоминает плач Ярославны: люди наивно рассчитывают, что МФО закроют, и с них спишут все долги.
По его словам, ростовщики породили еще одну напасть - "раздолжителей". Они обещают через суд списать с заемщика всю висящую на нем сумму, однако в итоге на нем остается старая задолженность плюс судебные расходы – ни одного подобного дела выиграно не было.
Заемщики не учатся ни на своих, ни на чужих ошибках. В кризис, когда многие остались без работы, а цены растут, за быстрыми деньгами идет все больше нуждающихся. Как рассказал "Уралинформбюро" главный исполнительный директор компании "Домашние деньги" Андрей Бахвалов, за прошлый год портфель займов физлицам вырос на 43% и превысил 5 миллиардов рублей. В наступившем году заявок стало больше на треть. Доля Екатеринбурга в портфеле компании составляет порядка 5%. Половина заемщиков берет деньги на неотложные нужды, и таких становится все больше. Две трети клиентов – женщины. Средняя сумма кредита - 23 тысячи рублей сроком на год.
Финансовые потери компании из-за неплательщиков в середине прошлого года достигали 33%, сейчас они снижены до 28%. В том числе за счет "проверенных" клиентов - в небольших городах их доля достигает 80%. Между тем у многих других МФО просроченных долгов стало больше - по понятным причинам.
А.Бахвалов добавил, что ждать притока в МФО "отказников" из банков не стоит, несмотря на ужесточение ими требований к заемщикам: "Банковские клиенты не хотят брать деньги с двойной переплатой, кроме того, микрофинансовый сектор, как правило, располагает куда меньшими суммами, чем те, которые требуются этой категории заемщиков". Как отмечает А.Паранич, в серьезных микрофинансовых организациях процент отказов тоже заметно вырос.
Сомнительные заемщики потекут в столь же сомнительные МФО – спрос и с тех, и с других невелик.
Людмила СОЛОДКОВА