Росгвардия в помощь?

Врачам "неотложки".

Если набрать в интернет-поисковике "нападения на врачей скорой помощи", то найдется немало страниц с сообщениями. "Ударил ножом в грудь", "пытался зарубить топором", "сломал челюсть", "разбили стекло служебной машины"...

Нужны ли халаты с погонами?

На сотрудников екатеринбургской станции скорой помощи в 2019 году было совершено "всего" 11 нападений. В прошлые годы цифра была в два раза выше.

"Из 11 пострадавших у двоих – тяжелая степень вреда здоровью, у одного – легкая. Было несколько случаев так называемого воспрепятствования, когда медикам угрожали и не пускали к пациентам (это, как правило, пьяные родственники или сами больные)", – рассказали "Уралинформбюро" в екатеринбургском горздраве.

Следует напомнить, что недавно вступили в силу изменения в Кодекс об административных правонарушениях и Уголовный кодекс РФ, усиливающие ответственность за воспрепятствование работе медиков. Любое деяние, помешавшее врачам оказать необходимую помощь и повлекшее в результате причинение тяжкого вреда здоровью пациента, будет наказываться штрафом в размере до 80 тысяч рублей. Если пациент скончается, то наказание будет более суровым – вплоть до лишения виновного свободы на срок до 4 лет.

"Все эти поправки направлены, скорее, на охрану прав пациентов, нежели медиков. Попросту говоря, если пьяный дебошир ударил врача ножом и помешал ему провести реанимационные мероприятия, тогда его ждет повышенная ответственность. А если медик, несмотря на ранение, нашел в себе силы спасти человека, то наказание злоумышленник получает на общих основаниях", – объясняет сопредседатель межрегионального профсоюза работников здравоохранения "Действие" Андрей Коновал.

По его словам, представители профсоюза пытались внести свои предложения по дополнительным мерам защиты, но власти их не слышат. В частности, была инициатива применять к нарушителям санкции, аналогичные тем, которые предусмотрены статьей 318 УК РФ – "Применение насилия в отношении представителя власти".

"Мы ратовали за принятие закона, полностью тождественного документам об оскорблениях и нападениях на представителей власти. Мы считаем, что повышенная ответственность нужна и за угрозы в адрес медработников, поскольку вербальное насилие тоже выбивает человека из рабочего ритма и препятствует оказанию качественной помощи, повышает риск врачебной ошибки", – отмечает Коновал.

С ним согласен и бывший сотрудник скорой помощи с 27-летним стажем, ныне – председатель Свердловской областной организации профсоюза работников здравоохранения Сергей Угринов.

"Только введение жестких мер поможет в борьбе с этой проблемой, – уверен он. – Существующие не работают, поскольку сейчас нападающие в большинстве случаев обходятся штрафными санкциями, причем даже некоторые уголовные преступления этим заканчиваются! Мы как представители профсоюза беседовали и работниками скорой, они согласны с тем, что ужесточение законов необходимо. Почему для судьи и полицейского существуют повышенные меры безопасности, а для медиков нет? Ведь их работа не менее важна и опасна".

Несмотря на то, что медицинское сообщество активно поддерживало введение более жестких мер, как только законопроект попал в работу к депутатам Госдумы РФ, его начали выхолащивать. Народные избранники, в том числе Ирина Яровая, вычеркнули оттуда многие важные пункты.

Здравствуй, "белочка"!

Пока что в отдельных регионах власти самостоятельно принимают меры, чтобы обеспечить безопасность бригад "неотложки". Например, оснащают их машины тревожными кнопками, чтобы в случае опасности вызвать Росгвардию. В Нефтеюганске медиков снабдили видеорегистраторами, а для крымских врачей закупили шокеры и газовые баллончики. Однако, по мнению экспертов, некоторые из этих мер довольно спорны.

"Конечно, тревожные кнопки и сотрудничество с силовиками - эффективное средство защиты, ношение видеорегистраторов, с одной стороны, может помочь объективно посмотреть на конфликтную ситуацию, если таковая возникнет, дисциплинировать врачей и держать в узде агрессивных пациентов. Но с другой – есть риск нарушения врачебной тайны, да и нередко это просто неэтично. Представьте, приехала "неотложка" к умирающему, родственники в слезах, а тут съемка", – рассуждает Андрей Коновал.

Он напоминает, что первый принцип врача – не навреди. А медик с баллончиком, ножом или пистолетом ему не очень-то соответствует. Кроме того, нет гарантий, что злоумышленник не использует оружие против самого эскулапа, отняв его, ведь медиков не обучали приемам самообороны.

По мнению Сергея Угринова, вооружать работников здравоохранения бесполезно, если не обучить их пользоваться этими средствами защиты. Также не всегда можно эти самые средства использовать. Например, применив электрошокер или газовый баллончик, есть вероятность, что нанесешь вред человеку, если у него есть, к примеру, сердечно-сосудистые заболевания или болезни органов дыхания. И получится, что врач, приехавший спасать, только усугубит ситуацию.

А вот оснащение видеорегистраторами председатель свердловского профсоюза медработников считает эффективной мерой. Он уверен, что врач вряд ли станет делиться с кем-либо сделанной видеозаписью.

Необходимо страхование жизни и здоровья медиков. Не добровольное – у кого из врачей деньги есть, тот и застраховался, а государственная – чтобы власти это обеспечивали…

А если говорить о сопровождении медиков силовиками, то, мне кажется, это трудно осуществить. У нас просто не хватит правоохранителей для этого, ведь чуть ли не каждый третий вызов может оказаться рискованным для врача, – рассуждает Угринов. – В полиции сейчас - кадровый дефицит. Когда я работал на скорой помощи, нередко и на специализированные вызовы к буйным пациентам сложно было найти сопровождающего из числа силовиков. Хотя его присутствия требует закон, поскольку врачи не могут насильно госпитализировать человека, если возникает такая необходимость".

Скорая помощь включена в систему ОМС и в ее тарифы не входят расходы на повышенные меры безопасности – тревожные кнопки или договор с охранными организациями, нет и страхования медицинских работников на случай получения травм.

О каких дополнительных мерах может идти речь, если денег нет даже на самое необходимое? – спрашивает Андрей Коновал.

Например, к пациенту с белой горячкой должна выезжать специализированная психиатрическая бригада, укомплектованная не только подготовленными медиками, но и крепкими санитарами. Сейчас эти бригады в большинстве регионов просто уничтожают. По новым правилам такая бригада должна быть всего одна на 100 тысяч населения. К буйным, опасным пациентам отправляют не готовых к этому медиков".

Президент России, а вслед ему и министр здравоохранения признали провал медицинской реформы. "Неотложка" в этой бедственной ситуации оказывается фактически незащищенным звеном. К сожалению, в нашей стране становится нормой бить слабых.

Кира АЛЕКСАНДРОВСКАЯ

Ещё в сюжете: Боль российской медицины