АрхитЕбург "Уралинформбюро" с Ильей Пронченко, Юрием Латышевым и Евгением Бурденковым

Споры на развалинах промышленного наследия.

В начале апреля в столице Урала состоялся необычный "батл": челябинский историк архитектуры Илья Пронченко и сотрудник Музея истории Екатеринбурга Евгений Бурденков спорили, какой из уральских мегаполисов лучше, богаче и оригинальней в части исторической архитектуры. В ходе подсчета голосов (результаты оценивала приглашенная публика) выяснилось, что город на Исети "провисает" по памятникам постконструктивизма и сталинского классицизма. А по уровню заброшенности промышленных памятников проигрывает Челябинск.

В Екатеринбурге сейчас насчитывается 860 объектов культурного наследия, а в Челябинске их 249. При этом нельзя сказать, что на Южном Урале не ценят памятники архитектуры. Местная визитная карточка – так называемый "совмод", здания эпохи модернизма, построенные в 70–80-х годах прошлого века. Также город славится шедеврами сталинского ампира.

Дворец культуры Челябинского металлургического завода. Фото: "Яндекс.Панорамы"

"Если взять площадь Революции, там стоят огромные "сталинские" многоэтажки, – рассказал Евгений Бурденков "Уралинформбюро". – В Екатеринбурге такого нет, чтобы была целая площадь высотных зданий того времени, да еще с таким высоким качеством отделки. Или Дом культуры ЧМЗ – казалось бы, проект типовой, но вполне грандиозный, с ним ни один ДК в Екатеринбурге не сравнится, за исключением, может быть, ДК металлургов на ВИЗе. Еще один ведущий для города стиль – постконструктивизм, это вторая половина 30-х годов прошлого века, когда уже существующие конструктивистские здания украшали пластикой и декором".

"У нас большое количество промышленного модерна сосредоточено почти в центре города, – отметил Илья Пронченко. – Самый известный из них – башня старинного элеватора в Советском районе, рядом с которой сохранились дореволюционные железнодорожные пути. Забавный факт: один французский художник, автор графических романов-комиксов, взял ее в качестве прообраза для секретной базы, где хранятся космические тарелки. Еще один знаковый объект – мельница Степановых на Свердловском тракте. Из промышленных памятников эпохи конструктивизма могу назвать соцгород ЧТЗ и рабочий поселок ЧГРЭС. Челябинская ГРЭС в начале 1930-х питала электроэнергией не только столицу региона, но даже отдаленный на 200 километров Свердловск. Огромная башня ЧГРЭС, выполненная в конструктивистском стиле, сохранилась до сих пор".

Заброшенный элеватор в Челябинске. Фото: "Яндекс.Панорамы"

Кроме того, по центру Челябинска разбросаны осколки существовавшего в городе до революции переселенческого пункта – точки сбора пилигримов, переезжавших на заработки в Сибирь и Среднюю Азию из центральных губерний России. При пункте работали больница с рентгеновским кабинетом, столовые и кухни, баня и прачечная, лекционный зал и библиотека. Из них до наших дней дожили лишь домик заведующего пунктом и здание больницы – они затеряны в кольце советских многоэтажек. До 2022 года домик заведующего использовали как детский сад, сейчас там располагаются офисы государственной компании. Возможно, по этой причине объект выглядит более-менее прилично. А вот хирургический корпус больницы на улице Переселенческий Пункт, 26 с каждым годом всё больше смахивает на жертву землетрясения: фасады обшарпаны, кровля на куполе потихоньку ржавеет. До июня 2024 года здание занимал городской экологический центр, а теперь – школа искусств.

Хирургический корпус больницы переселенческого пункта в Челябинске. Фото: "Яндекс.Панорамы"

Элеватор, мельница и историческое здание ЧГРЭС находятся в аварийном состоянии. Учитывая их размеры (высота элеватора – 40 метров, площадь исторического здания ЧГРЭС – более 30 тысяч квадратных метров), в случае их обрушения пострадать может не только архитектурное наследие, но и прилегающая жилая зона. Охранный статус (здание ЧГРЭС – выявленный ОКН) мало помогает сохранности объекта.

"Здание ЧГРЭС заброшено, – пояснил "Уралинформбюро" известный челябинский градозащитник Юрий Латышев. – Несколько лет назад, когда там построили новую станцию, всё оборудование и здание попали в руки частной компании, которая собиралась разводить рыбу на прилегающих прудах. Но у них ничего не получилось. При этом старое оборудование бизнесмены сдали в металлолом, чтобы, как они говорили, "оправдать затраты". А это оборудование было уникальным, ему место в музее".

Историческое здание Челябинской ГРЭС сегодня находится в аварийном состоянии. Фото: Юрий Латышев

Что спасет здание ЧГРЭС? Может быть, продажа инвестору? Теоретически такой вариант возможен. Так, в марте этого года стало известно о планах корпорации ДОМ.РФ выставить на продажу легендарные памятники Уралмаша: Белую башню и гостиницу "Мадрид".

"Если найдется нормальный инвестор с деньгами, тогда надежда есть. Но сейчас в стране экономический спад, а деньги на реставрацию и приспособление ЧГРЭС нужны огромные, не менее 200 миллионов рублей, – уверен Юрий Латышев. – Я разговаривал с девелоперами, они говорят, что сейчас выгоднее быстро строить панельки и быстро их продавать. Да что далеко ходить, у нас в Челябинске уже который год пустует здание бывшей чаеразвесочной фабрики. На здании сломаны крыша, перекрытия, начали разрушаться стены. Я слышал, что ДОМ.РФ хочет выставить его на аукцион. Но еще десять лет назад примерная смета восстановления этого объекта составляла полмиллиарда рублей, а сегодня, думаю, речь будет идти уже о миллиардах".

Слабая ликвидность уральских памятников, прежде всего промышленных, – беда не только Челябинска. Так, перспективы успешной продажи Белой башни и "Мадрида" участники "батла" тоже оценивают скептически.

"Это сложные объекты с точки зрения сохранения архитектуры, они из двух разных эпох, – напомнил Евгений Бурденков. – Башня – чистый конструктивизм, утилитарный объект, который нужно приспосабливать под какие-то другие функции. А "Мадрид" – наше уральское ар-деко, постконструктивистское здание с различными элементами украшения в экстерьере и интерьере. Мне кажется, очень сложно будет его приспособить под современные реалии. Тут нужен специальный проект реставрации, нужны специальные подрядчики и очень крупные финансовые вложения. Я не вижу иного варианта, кроме благотворительности со стороны богатых людей, и я не представляю, как этот проект может окупиться с точки зрения бизнес-модели".

Памятник эпохи конструктивизма Белая башня (Уралмаш)

"Мне такие проекты – реновации и ревитализации памятника через продажу инвестору – неизвестны, – посетовал Илья Пронченко. – В Кыштыме некоторое время назад удалось восстановить так называемый "Белый дом" (усадьба заводовладельцев Демидовых, принадлежавшая в первой половине XIX века управляющему Кыштымскими заводами Григорию Зотову – прим. ред.). Но для этого потребовались федеральные вложения, причем гигантские. А если мы перекладываем ответственность на застройщика, на коммерческую структуру, то встает вопрос: что на этом инвестор заработает? Не исключено, что для того, чтобы отбить свои затраты на реставрацию объекта, новый хозяин памятника построит рядом жилую новостройку. В любом случае памятник пострадает, либо будет включен в состав ЖК".

При этом удачные примеры приспособления объектов старины в Екатеринбурге есть. Так, инвесторам удалось вдохнуть новую жизнь в мельницы Борчанинова и Симанова, госпиталь Верх-Исетского завода, имеются планы по превращению кузнечно-прессового цеха УЗТМ в современный креативный кластер. А в Челябинске на базе производственных площадей бывшего завода "Оргстекло" недавно был создан центр креативных индустрий "Свобода-2".

"Это удачный пример, но скорее исключение из правил, – считает Илья Пронченко. – Например, заброшенные казенные склады винного завода на улице Могильникова, тоже памятник промышленного зодчества, нынешние хозяева используют банально: под автопарковку. Некоторые бывшие заводские корпуса у нас переделали в торговые центры. Например, при строительстве Гостиного двора использовали часть дореволюционного здания, построив вокруг нее некую фантазию на тему модерна. При этом многие промышленные ОКН эпохи конструктивизма находятся на территории заводов, в том числе оборонных, и доступа к ним нет".

Историческое здание управления Верх-Исетского завода скрыто за заводским забором. Фото: гигапиксельная панорама Екатеринбурга

Сегодня в Екатеринбурге бывшие промзоны активно застраиваются высотным жильем, а заброшенные корпуса идут под снос. Под реновацию уже попали площадки Екатеринбургского мясокомбината (Вторчермет), завода "Уралпластик" и Товарного двора (Завокзальный), предприятий "Промпластполимер" (Елизавет) и СИЗ (Автовокзал). В Челябинске такая же участь в скором времени ждет комплекс рабочих поселков 40-х годов прошлого века, сообщил Илья Пронченко.

"Это типовые шлакобетонные двухэтажки, на месте которых хотят возвести новую застройку. Они не имеют охранного статуса, но ситуация всё равно непонятная, и как ее разрешить, я не знаю, – посетовал собеседник агентства. – Также недавно исключили из реестра ОКН так называемый "немецкий квартал" в Металлургическом районе. Это очень интересный ансамбль из двух типов домов, двух- и трехэтажных, с полуцокольными этажами, эркерами, фасадами из разноцветного кирпича. У сожалению, в Челябинске нет организованного градозащитного сообщества и у девелоперов развязаны руки, а новости о грядущем сносе не вызывают общественного резонанса".

"Немецкий квартал" на улице Социалистической в Челябинске. Фото: "Яндекс.Панорамы"

Обновление мегаполиса – естественный процесс: старые здания ветшают, приходят в негодность, а рынок жилья требует постоянного пополнения новостройками. Помогают ли современные архитектурные тренды обогащать архитектурную палитру Екатеринбурга и Челябинска или, наоборот, уродуют ее?

"Когда как, – отмечает Илья Пронченко. – Например, главный корпус ЮУрГУ строился в 50-х годах как политехнический институт, попал под тогдашнее постановление об архитектурных излишествах и долгие годы представлял из себя обычную сталинскую бытовку. А в 1999–2003 годах его надстроили выше парапета, добавили новые элементы и шпиль. Торговый центр "Синегорье" на привокзальной площади, построенный в начале нынешнего века, многие даже сравнивают с Лувром. При этом многие новоделы, построенные в 1990–2000 годах, отличаются аляповатостью "а ля Европа". Капиталистическая логика требует, чтобы участок приносил выгоду, для этого чем больше этажей, тем лучше. Из-за такого подхода на Алом поле, где недавно возвели высотку, совершенно потерялся красивый ансамбль из 14-этажек позднего советского периода. Но есть и удачные примеры. У нас есть застройщик "Голос", они в своих проектах используют решения позднего сталинского времени – например, огромные арочные окна в стилобатах".

Здание Южно-Уральского государственного университета, Челябинск. Фото: "Яндекс.Панорамы"

"Огромное количество интересантов, готовых вкладывать деньги в недвижимость, привело к тому, что многие территории в Екатеринбурге и Челябинске застраиваются хаотично, – заявляет Евгений Бурденков. – Есть, конечно, удачные визуальные примеры – тот же Екатеринбург-Сити, ставший одной из визитных карточек города, или штаб-квартира РМК. Но в большинстве случаев успех зависит от заказчика: если у него есть вкус, результат получится хорошим. Иначе будет как с торговым центром "Золотой" на Ботанике: инвесторы (Заводовский – Погребинский – прим. ред.) пришли к архитектору и сказали – хотим много золота на фасаде. Или здание "Пассажа" – когда застройщик (Заводовский – Погребинский – прим. ред.) сначала обещал, что здание не будет выше соседней горадминистрации, а когда оказалось, что "Пассаж" всё же выше, заявили, мол, имелась в виду высота ратуши по шпилю. Еще одна архитектурная насмешка над здравым смыслом – здание Уральского финансового института на углу Малышева и Карла Либкнехта. Напоминает гроб в центре города!"

Участники "батла" солидарны: главный враг исторической застройки – равнодушие горожан, не видящих в ветшающих раритетах исторической и культурной ценности.

"К сожалению, когда мы включаем те или иные объекты в охранный реестр, мы не создаем заодно никакой образовательной платформы, не объясняем людям, что это за здания, кто в них жил, зачем их сохраняют, – констатирует Евгений Бурденков. – А большинство людей, включая чиновников, живет своей жизнью, их раздражает, что старое, нередко аварийное здание стоит в центре города и мешает наслаждаться "визуальным кодом". Чтобы изменить такое отношение, нужно больше людей в административной и предпринимательской сферах, понимающих важность сохранения исторической среды".

Беседовал Евгений СУСОРОВ

"Уралинформбюро" в Telegram и Max.