"Аэрофлот" объяснил отказ в выплате семье умершего пилота

Фото: Шереметьевский профсоюз летного состава

"Был без сознания и не выполнял свои прямые обязанности".

В Кировском районном суде Омска 3 августа был рассмотрен иск Анастасии Ахметовой к "Аэрофлоту". В ноябре 2019 года ее 49-летний супруг Дамир Ахметов, работал на рейсе Москва - Анапа в качестве второго пилота. В какой-то момент мужчина почувствовал боли в груди, ему стало плохо.

Помощь летчику пытались оказать еще на борту, когда самолет готовился к вынужденной посадке в аэропорту Ростова-на-Дону. Мужчина скончался практически сразу после приземления, напоминает "Уралинформбюро".

Оставшись с двумя детьми без супруга, Анастасия ждала от авиаперезвочика выплаты по факту гибели главы семейства при исполнении служебных обязанностей. Семье выплатили лишь 15 000 рублей на погребение.

Почти 500 представителей российского летного сообщества подписали петицию на имя гендиректора "Аэрофлота" Виталия Савельева. Пилоты требуют, чтобы глава компании инициировал выплату семье скончавшегося сотрудника. По словам президента Шереметьевского профсоюза летного состава Игоря Дельдюжова, такое поведение работодателя трудно объяснимо и вызвало недоумение.

Женщина решила обратиться в суд. Во время финального заседания адвокат "Аэрофлота" пояснила причину, по которой в руководстве не готовы были направить вдове деньги.

Когда это произошло, он не выполнял свои прямые обязанности, потому что был без сознания. Вы же понимаете - человек не может выполнять работу, если находится без сознания. Хоть пилот он, хоть дворник. Работодатель не сделал ничего, чтобы у него остановилось сердце!" - цитирует портал БК55 слова юриста Светланы Есиповой.

Заявление Анастасии удовлетворили частично. Вместо требуемых 34 миллионов рублей ей назначено 29,7 миллиона рублей.

Решение может быть обжаловано.

Официальный представитель "Аэрофлота" Михаил Дёмин:

- До получения мотивированного решения трудно судить об основаниях его принятия судом. Позиция наших юристов в судебном разбирательстве с наследниками Ахметова основана на следующем. Заболевание пилота не относится к перечню нормативно-установленных профессиональных заболеваний. Компания, разумеется, тщательно перепроверяла все документы, и есть основания полагать, что пилот мог знать о заболевании, и скрыть его, тем самым создавая серьезную и вполне реальную угрозу жизни и здоровью пассажиров рейса.

С примерами такого подхода общество уже сталкивалось. Вспомните катастрофу GermanWings во Французских Альпах 24 марта 2015 года. Тогда погибло 150 человек, 144 пассажира и 6 членов экипажа. Это последствия так называемой недифференцированной защиты врачебной тайны.

Пилот проходил ВЛЭК не в медицинском центре Аэрофлота в Москве, как обычно, а в Омске.

По мнению медицинских экспертов, то заболевание, которое стало причиной смерти, даже стандартными инструментальными методами контроля состояния здоровья пилотов пропустить было невозможно. А это означало бы непрохождение медкомиссии и отстранение от полетов по состоянию здоровья.

Так что, если пилот знал о заболевании, у него были веские причины его скрывать. Обстоятельства прохождения медицинской комиссии по-прежнему вызывают обоснованные вопросы.

Мы полагаем, что суд должен был учесть все эти обстоятельства. Наши юристы намерены обжаловать решение. Оно прямо касается безопасности пассажиров и воздушного судна.