Что страшнее: подросток-убийца или убитый подросток?

Размышления в детской комнате.

Сегодня правительство России выдвигает проблему детской преступности на первый план. В качестве мер по борьбе озвучено несколько кардинально полярных предложений об изменении системы наказания. Эксперты не поддерживают позицию властей и называют другой путь снижения пугающей статистики.

Пороть нельзя помиловать

Депутаты Госдумы активно заговорили о снижении возраста уголовной ответственности на два года, до 12 лет, еще в прошлом году. По мнению парламентариев, преступность молодеет, дети осознают свою безнаказанность, и эта мера поможет изменить ситуацию.

Причиной стали многочисленные случаи издевательств детей над животными. Стоит вспомнить, как в Москве группа малолетних садисток долгое время держала в страхе район Текстильщики, натравливая крупных собак друг на друга и на людей.

Мальчик из Красноярского края позировал с отрезанной головой кота на фото в соцсети. В Тольятти банда малолетних живодеров, несмотря на возмущение местных жителей, избежала суда именно в связи с недостижением возраста наступления уголовной ответственности.

В сети появилось множество петиций, в которых россияне просили ужесточить наказание. Но вопрос так и остался на уровне разговоров.

В этом году вице-спикер Госдумы Ирина Яровая предложила изменить систему работы с подростками, впервые совершившими правонарушение небольшой тяжести. Она заявила о необходимости отказаться от уголовного наказания за легкие и ненасильственные преступления в пользу "системы исправления", если только не будет доказано, что без уголовного наказания исправление невозможно.


Фото: сайт Госдумы РФ

Эксперты отмечают, что подобные предложения выглядят, как метание из стороны в сторону в поиске быстрого решения на пороге катастрофы. Причем масштабность и серьезность ситуации осложняется тем, что необходимость принятия мер назрела еще вчера, но что конкретно делать, не знает никто.

По мнению уральского правозащитника Александра Шумилова подобные законодательные изменения – большой шаг назад в развитии правовой культуры.

"Вроде бы, уголовную ответственность в возрасте 12 лет нельзя назвать чем-то небывалым для нашей страны - дореволюционное законодательство устанавливало возраст уголовной ответственности с 10 лет. В советском уголовном праве в 1935 году возраст ответственности начинается с 12 лет, в 1960 году - с 14. Но к чему это привело? Считаю, что нужно не снижать возраст и ужесточать наказание, а заниматься воспитанием и культурой", - комментирует Шумилов.

Против законодательных изменений высказался и правозащитник Алексей Соколов. Он полагает, что изменение карательных мер не может замедлить или остановить рост числа преступлений, совершаемых несовершеннолетними. Особое внимание эксперт обращает на предложенное послабление закона и отмечает, что гуманное отношение государства к детям понятно - карательные меры приводят к тому, что из колоний они выходят уже ожесточившимися и набравшимися криминального опыта.

Если они попадают туда в 15-17 лет, то формирование личности происходит как раз в колонии. А после того, как подросток оттуда вышел, социальные службы не занимаются его реальной адаптацией. Преступления становятся для таких ребят нормой жизни, и вскоре они возвращаются уже во взрослую колонию. Поэтому главный метод борьбы с преступностью несовершеннолетних - профилактика и воспитательные меры", - комментирует адвокат.

Лекторий-профилакторий

Если верить бумажной отчетности, профилактикой преступлений несовершеннолетних занимается огромное количество служб. Это - комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав (КДН), подразделение полиции по делам несовершеннолетних (ПДН), социальная защита, органы опеки и попечительства, муниципальные структуры по делам молодежи.

По мнению Уполномоченного по правам ребенка в Свердловской области Игоря Морокова, работа организаций и система реабилитации несовершеннолетних правонарушителей на сегодняшний момент создана, структурирована и имеет необходимый набор специальных учреждений, но не всегда эффективно срабатывает.

"Если глубоко копнуть, то любые проявления правонарушений детей нужно рассматривать с точки зрения реализации их прав. Но при этом важно не технические вопросы обсуждать, а в первую очередь поискать человека, которому подросток доверяет и через него уже воздействовать. Мы сегодня настаиваем на том, чтобы в работе с несовершеннолетними включались социально-педагогические технологии. Все зависит от того, как налажены взаимосвязи со структурами, с которыми ребенок соприкасается", - комментирует Мороков.


Игорь Мороков. Фото: сайт Уполномоченного по правам ребенка в Свердловской области

Особый акцент эксперт делает на работе с семьями. По его словам, нынешние родители практически не включены в воспитание и профилактическую работу.

"Когда составляется программа, кого там только нет из тех, кто должен работать с ребенком. А родители где? Будут смотреть со стороны, как государство воспитывает и аплодировать? Сегодня важно включать родителей в процесс реабилитации. Это направление, с которым нам предстоит серьезно работать", - уверен Мороков.

Сейчас в Свердловской области отмечен спад подростковой преступности. В сравнении с 2018 годом количество совершенных преступлений сократилось на 15%. По мнению депутата Екатеринбургской гордумы, президента фонда "Город без наркотиков" Тимофея Жукова, это явление временное и мало имеющее отношение к профилактике. Он считает, что важно смотреть не на статистику, а строить действительно действенную работу с детьми, которая не будет сводиться к примитивному рисованию плакатов и проведению квестов.


Тимофей Жуков. Фото: facebook.com

"Сегодня слово "профилактика" звучит громко и во всех отчетах. Много говорят об итогах работы, но не говорят о том, как эта работа проводится, насколько она эффективна и насколько представители этих организаций стратегически мыслят. Если на следующий год опять произойдет рост, с чем его свяжут? Скатиться можно в одночасье. Уже проводилась работа с ликвидацией запрещенных групп в соцсетях. Групп не стало? Они есть", - комментирует Жуков.

Эксперты сошлись во мнении, что действенных рычагов воздействия на несовершеннолетних правонарушителей на данный момент нет. Есть упования на то, что поможет обновленная социальная служба, которая будет воспитывать, а не надзирать за несовершеннолетними.

А, вообще, с того ли надо начинать? С усиления ли борьбы с детской преступностью? Аксиома, что дети копируют взрослых. Уровень насилия, в том числе домашнего, а, тем более, по отношению к детям, в России по-прежнему необычайно высок. Статистика показывает, что ежедневно в нашей стране убивают 1-2 детей! Это - 500 юных россиян в год. Убитых подростками котят жалко, но гораздо горше от смерти 9-летней девочки в Саратове. И мысль о существенном ужесточении наказания за преступления против детей как раз к месту.

Кто помнит, что в 2017 году по указу президента в России началось Десятилетие детства? Милосердие ведь не в смягчении наказания, а в смягчении сердца. В осознании - живи сам и дай жить другим.

Анна НАСЕКИНА